luanda_ru (luanda_ru) wrote,
luanda_ru
luanda_ru

Category:

«Цифровая школа» как приговор образованию в России. Ольга Четверикова


Одним из главных механизмов, продвигающих электронное образование в России, стали конференции EdCrunch, собирающие ведущих мировых экспертов в области образования и призванные при поддержке Минобрнауки РФ распространять новые образовательные технологии — в первую очередь массовые открытые онлайн-курсы (МООК). Первая такая конференция прошла в Москве ещё в октябре 2014 г. по инициативе НИТУ МИСиС (Московского института стали и сплавов), интернет-журнала Edutainme.ru и центра «Цифровой октябрь», руководители которого называют себя исключительно по-английски «Digital October»

Здесь собрали преподавателей из школ и вузов, создателей стартапов, предпринимателей и чиновников от образования для обмена практическим опытом в области новых образовательных медиа-технологий. В ней участвовали и основательница Coursera Дафна Коллер, и президент платформы EdX Анант Агарвал, и специалист из Microsoft. Наставляя российских ректоров и преподавателей, они, в частности, объяснили, что преподаватели больше не являются источником знаний для своих студентов и что их новая функция – это быть модератором, поддерживающим обучение.

На конференции Edcrunch 2015 г., собранной также на площадке НИТУ МИСиС, присутствовали уже практически все мировые ведущие эксперты в области современного онлайн-образования и создатели мировых и национальных образовательных платформ — Coursera, edX, Global Learning, The Global Education and Leadership Foundation, XuetangX и др.  Главным событием на ней стал запуск российской Национальной платформы открытого образования (НПОО), представляя которую, форсайтер П.Лукша «разъяснил» присутствующим, как устроен этот мир, заявив, что в «новом ландшафте» глобальный уровень становится действительно значимым. Глобальные образовательные платформы начинают играть критически важную роль, а национальный уровень образования всё чаще будет обнаруживать, что он посредник или тот, кто мешает прогрессу. Уже сейчас те функции, что держат на себе образовательные институты, готовы брать другие провайдеры, чтобы «распаковать» систему.

Что касается представленной платформы, то она была инициирована НИУ ВШЭ вместе с 7 другими ведущими вузами России (МФТИ, УрФУ, МГУ, МИСиС, ИТМО, СПбГУ и СПбПУ), а работал над ней с 2014 г. Совет по открытому образованию, в который, наряду с представителями указанных вузов вошли представители Рособрнадзора и Минобрнауки РФ (а председателем был бывший министр Д.Ливанов). В апреле 2015 г. указанные вузы учредили Ассоциацию «Национальная платформа открытого образования», которая стала публиковать разработанные её членами онлайн-курсы, содействовать внедрению международных стандартов и устанавливать собственные требования к качеству онлайн-курсов.

Параллельно с этим в феврале 2015 г. Правительством РФ утвердило «дорожную карту» создания комплексного проекта Государственной информационной системы (ГИС) «Контингент», в который было вовлечены несколько федеральных министерств (ответственным за это числился Минкомсвязи, а нормативно-методическое сопровождение должен был обеспечить Минобрнауки).

Речь шла о единой федеральной межведомственной системе учёта контингента обучающихся по основным образовательным программам и дополнительным общеобразовательным программам, которая должна была объединить сведения о ребёнке, хранящихся в различных ведомствах. Предполагалось частично соединить информационные системы, взяв сведения из: ЗАГСа (сведения о рождении ребёнка, органов ФМС (сведения о месте регистрации и гражданстве), Пенсионного фонда (СНИЛС), электронного дневника учащегося, который у каждой школы пока что свой (сведения об успеваемости школьника), базы вуза (информацию о сданных экзаменах и прослушанных курсах).

В связи с продвижением онлайн-обучения и проекта «Контингент» был разработан ещё один приоритетный проект под названием «Современная цифровая образовательная среда в РФ» (или просто СЦОС), паспорт которого был утверждён президиумом Совета при президенте РФ по стратегическому развитию и приоритетным проектам 25 октября 2016 г. Тогда же проект был утверждён и правительством.

Заказчиком его выступило Минобрнауки (уже при министре О.Васильевой), а куратором – зампредправительства О.Голодец. В качестве ключевых участников проекта, кроме Минобрнауки, были указаны Минкомсвязи, органы исполнительной власти (федеральные и субъектов федерации), образовательные организации, Национальная платформа открытого образования» и АНО «Институт развития интернета».

Реализация проекта рассчитана на период с ноября 2016 г. по 2025 г. – напомним, что это тот самый год, когда, в соответствии с форсайтом Образование 2030 должен произойти «слом» традиционных образовательных систем. Содержанием его является создание к 2018 г. условий для непрерывного образования за счёт развития цифрового образовательного пространства, которое позволит довести число обучающихся с помощью олайн-курсов к 2020 г. до 6 млн., а к 2025 г. – до 11 млн. человек. Результатом его должно стать создание информационного ресурса (портала) для всех категорий граждан, который будет обеспечивать доступ к онлайн-курсам для всех уровней образовании и будет интегрирован с Единой системой идентификации и аутентификации и ГИС «Контингент обучающихся». За счёт этого спланировано обеспечить хранение и передачу в электронном виде информации об образовательных достижениях – формирование цифрового портфолио. Для этого должны быть приняты соответствующие нормативные акты, обучено не менее 10 тысяч преподавателей и экспертов и создано и поддержано 3500 онлайн-курсов за счёт средств, привлечённых из разных источников. Среди этих источников – средства образовательных организаций, заинтересованных органов исполнительной власти субъектов РФ и частных инвесторов.

Как пояснил один из экспертов Д.Волошин, главная задача участников проекта – обеспечить единый подход к оценке содержания и качества образовательных программ, стандартизацию технологий онлайн-обучения. Но это открывает авторам проекта путь к произволу и субъективизму, при котором произойдёт неизбежная унификация обучения, с единой терминологией, терминологическим аппаратом, модульностью, асинхронностью, визуальными эффектами и пр. Авторы проекта при этом открыто признают, что главным заказчиком выступает работодатель: «Многим работодателям не интересно, что вы закончили. Важен ваш практический опыт, а не бумажка. Чтобы получить работу, вам как слушателю важно пройти курс и научиться тем компетенциям, которые заинтересовали бы руководство компании».

Усугубляет это и крайняя примитивизация самой формы обучения, при которой вместо полноценной 45-минутной лекции вводятся адаптированные онлайн-уроки, разбитые на фрагменты по 6-10 минут, при которых аудиторию постоянно активируют на работу на форумах. Эксперты проекта признают: «Современное онлайн-образование имеет больше общего с формированием сообществ в социальных сетях, чем с работой у доски». Другая задача – это оценка результатов обучения. Для этого НПОО опробовала инструмент «прокторинга», когда специальный сотрудник осуществляет мониторинг прохождения теста студентом с помощью веб-камеры. Как заявил Волошин, «у такой формы сдачи экзамена большие перспективы: мы убираем субъективный фактор экзаменатора, а развитие биометрических датчиков позволяет в перспективе иметь инструмент абсолютно независимый и объективной оценки результатов обучения студентов». Эта оценка – чистой воды формализация и профанация всего процесса обучения, который превращается в систему тренинга, при которой плодятся недоучки и «люди одной кнопки».

Ещё одна деталь – есть массовые примитивные онлайн-курсы, а есть высококачественные курсы ведущих мировых вузов и компаний на платформах Coursera, edX, Udemy и т.д., которые уже несколько лет присутствуют на российском рынке.

Фактически, данный проект воспроизводит главную цель форсайта Образование 2030, заключающуюся в ликвидации традиционной образовательной систем, вместо которой вводится СЦОС. В ней будут информационные стандарты для интеграции различных платформ и сервисов с информационными системами образовательных организаций, единые средства идентификации и аутентификации обучающихся и типовые программные решения с открытыми исходными кодами, обеспечивающими достоверную оценку результатов обучения, реализацию симуляторов, тренажёров, виртуальных лабораторий и т.д. Студенты и преподаватели смогут осваивать онлайн-курсы как часть основных профессиональных образовательных программ с последующим зачётом результатов обучения. Работодатели также смогут участвовать в процессе разработки цифрового контента.

Итак, мы видим, что «цифровое образовательное пространство» имеет две составляющие – дистанционное обучение с заданными заниженными стандартами, нивелирующее обучающихся, и полный контроль за обучающимся с помощью цифрового портфолио, делающего их абсолютно прозрачными для работодателей.

В силу того, что информировать об этом общественность для руководства было бы опасно, внедрять этот проект стали тихо, не афишируя. И в первую очередь это касается онлайн-обучения. К 2016 г. на «Национальной платформе открытого образования» было размещено более 90 курсов, а число зарегистрированных слушателей превысило 120 тысяч человек. В 2017 г. эти цифры составляли соответственно 231 и 400 тысяч. Распространению идей об электронном образовании и утверждению горизонтальных связей на глобальном уровне способствовали и конференции Edcrunch, прошедшие в Москве в 2016 и 2017 гг. и собравшие тысячи гостей – представителей бизнеса и педагогов, перед которыми в качестве менторов выступили российские и зарубежные специалисты по инновационным образовательным технологиям

Что же касается ГИС «Контингент», закон о которой был принят Государственной Думой в декабре 2016 г., то она вызвала резкую критику родительской общественности, которая оценила её как готовый централизованный механизм ювенального контроля, так как изначально предполагалось вносить в неё сведения о здоровье, положение дел в семье, составе семьи, местах работы отца и матери, отношениях в семье школьника и т.д.
В итоге закон не был подписан президентом, не прошёл согласительный процесс в парламенте и был окончательно отклонён в мае 2018 г. Однако авторы проекта нашли другой, более эффективный путь достижения своих целей.
Источник

Оригинал взят у
astori_18 в Домашних заданий больше не будет?
В Госдуме предлагают отменить домашние задания

Заместитель председателя комитета Госдумы по образованию и науке Борис Чернышов призвал отказаться от школьных домашних заданий в пользу прогулок на свежем воздухе. По мнению депутата, чрезмерная загруженность может негативно сказаться на здоровье учеников.

«В школах во всем мире уходят от домашнего задания, и ничего страшного в этом нет. Домашнее задание — это ненужная сегодня вещь», — заявил Чернышов , отметив, что дети и так слишком много времени проводят в школе.

По мнению депутата, из-за большой учебной нагрузки у школьников возникает апатия к образованию. Поэтому, делает вывод Чернышов, нужно дать возможность «отдышаться нашим ребятам»: вместо того, чтобы корпеть над учебниками, они могут поиграть в футбол или просто прогуляться на свежем воздухе.

Парламентарий также отметил, что нагрузка, которую получают дети после уроков в школе, негативно сказывается на их здоровье.

P.S. Ранее стало известно, что в педагогическом сообществе обсуждают возможность отказа от 5-балльной системы отметок в школах и переход на 12-балльную. Эксперименты с образованием продолжаются. Лоббистом тут явно выступает комитет ГосДумы. Министр им не указ, они продвигают другие установки, спущенные из Международных специализированных учреждений.

               
В довершение всего назревает ещё и вопрос биометризации.
Почему Роскомнадзор против биометрической идентификации детей?
Роскомнадзор выступил против того, что бы зарубежные производители техники собирали биометрию у наших детей. О рисках биометрической идентификации беседуем со специалистом.
В ноябре прошлого года, выступая на конференции «Защита персональных данных» глава Роскомнадзора (РКН) Александр Жаров выступил за запрет биометрической идентификации детей и подростков до достижения ими дееспособного возраста.

«Сегодня некоторые производители уже всерьез настроены
на внедрение голосовой аутентификации. Разумеется, необходимо обеспечить информированное согласие пользователей на такую идентификацию и полностью исключить биометрическую идентификацию детей и подростков до достижения ими дееспособного возраста», — заявил Жаров.

Сергей Нестерович, IT-специалист с двадцатилетним опытом системного интегратора, считает что Роскомнадзору не стоит ограничиваться только детьми и несовершеннолетними в вопросе о контроле над сбором биометрической информации:
На мой взгляд мера достаточно оправданная. И если с ней начинать спорить, то только поднимая вопрос — а нет ли смысла дополнительно ограничивать биометрическую идентификацию взрослых?


Tags: Четверикова, образование, общество, угроза безопасности, электронное рабство
Subscribe

  • Вот оно всё и вылезло

    Мать Ксении Собчак - сенатор Людмила Нарусова назвала тех, кто стоит с одиночными пикетами «людьми бомжового вида».…

  • Западная многоходовочка с Навальным

    Уже многим очевидно, что арест и суд над Навальным, это многоходовка, придуманная его кураторами. Что это за многоходовка и что в итоге должно…

  • Кто в стране власть?

    На официальном сайте Мэра Москвы опубликован Указ №127-УМ от 29 декабря 2020 г. «О внесении изменений в указ Мэра Москвы от 8 июня 2020г.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments